В 1083 году над южными рубежами Руси вновь сгустились багровые тона. После нескольких лет относительного затишья, обеспеченного жесткой рукой великого князя Всеволода Ярославича, в Тмутаракани — этом «осином гнезде» князей-изгоев — произошел очередной государственный переворот. Главным действующим лицом стал человек, чье имя вскоре станет синонимом бесконечных усобиц, — Олег Святославич, будущий «Гориславич» из «Слова о полку Игореве».
Исторический контекст начала 1080-х годов был пропитан интригами мирового масштаба. Олег Святославич, лишенный своего черниговского наследства и изгнанный из Тмутаракани в 1079 году, провел четыре года в византийской ссылке — сначала в Константинополе, а затем на далеком острове Родос. В это время Тмутараканью, свергнув киевского посадника Ратибора, правили другие изгои — Давыд Игоревич и Володарь Ростиславич. Пока великий князь Всеволод в Киеве пытался удержать единство страны, Византийская империя решила разыграть свою карту, отпустив Олега назад на Русь. Это был роковой выбор, превративший Тмутаракань в пороховой погреб.
Точкой невозврата для Олега стала память о предательстве. В 1079 году именно хазары, жившие в Тмутаракани, выдали его грекам и способствовали убийству его брата Романа. Вернувшись из-за моря, Олег «желал отвоевать земли, которые недолго принадлежали ему», но прежде всего — совершить акт кровной мести. Повод был ясен и неоспорим по законам того времени: возвращение родового стола и наказание изменников.
Военная кампания Олега была молниеносной. За его спиной, вероятно, стояла негласная поддержка византийского императора и наемные отряды. Его маршрут был необычен: «Олег Святославич: Греческая земля — Тмутаракань». Появление Олега в 1083 году под стенами города стало полной неожиданностью для Давыда и Володаря, которые уже привыкли считать себя хозяевами юга. Движение Олега не сопровождалось долгими маршами через степи — он пришел со стороны моря, ударив в самое сердце оппонентов.
Кульминация конфликта наступила сразу по вступлении Олега в город. Трагедия и триумф сплелись здесь в неразрывный узел. Олег проявил поразительную смесь жестокости и княжеского достоинства. Давыд и Володарь были схвачены практически без боя. Но если своих родственников Олег пощадил, то для местных жителей наступил час расплаты.
«Пришел Олег из Греческой земли к Тмуторокани, и захватил Давыда и Володаря Ростиславича, и сел в Тмуторокани. И иссек хазар, которые советовали убить брата его и его самого», — бесстрастно сообщает «Повесть временных лет». Сцены на площадях Тмутаракани, где дружинники Олега безжалостно рубили хазарскую верхушку, стали кровавым прологом к его новому правлению. Плач в хазарских кварталах и торжественный пир Олега обозначили восстановление власти Святославичей на Тамани.
Историк С. М. Соловьев, анализируя этот эпизод, отмечает: «Но Тмутаракань недолго оставалась без изгоев... Олег... перебил козар, которые были советниками на убиение Романа и на его собственное изгнание, а Давыда и Володаря отпустил». Почему он сохранил жизнь конкурентам? Аналитика указывает на то, что Олег, будучи заложником византийской политики, стремился не к тотальному истреблению Рюриковичей, а к укреплению собственного статуса. Отпустив Давыда и Володаря, он, по мнению историков, «вытолкнул» их на поиски других волостей, тем самым дестабилизируя северные земли великого князя Всеволода и отвлекая его внимание от Тмутаракани.
Усобица 1083 года завершилась полным триумфом Олега Святославича. Он прочно закрепился в Тмутаракани на целых десять лет, превратив её в свою неприступную цитадель. Для Руси же этот мир был лишь временной ширмой. Изгнанные Давыд и Володарь, лишенные убежища на юге, были вынуждены «думать о других средствах — как бы добыть себе волостей», что привело к новым кровавым столкновениям на Волыни и в Галиции. Олег же, накопив силы и связи, вскоре двинется на Чернигов, разжигая пламя великих войн конца XI века.
